По фотографии

Хотя работать он начал гораздо раньше, в студенчестве. Это если не считать того, что еще семиклассником он вдвоем с молодым учителем физики провел в школе радиотрансляционную сеть, или того, что в том же возрасте самостоятельно электрифицировал подвал. Раньше дети взрослели быстрее.

Электроникой Сережа увлекся рано, однажды даже самостоятельно собрал мощный усилитель, так что вопроса «кем быть?» перед ним не стояло: готовился поступать в приборостроительный институт. Друг затащил его «посмотреть» МАИ — там во всю стену были развешаны красочные картины ребят с аквалангами. Исследовать глубины с аквалангом было давней мечтой Сергея, это и решило вопрос.

Увидев эту фотографию у товарища, Сергей влюбился. Один раз и на всю жизнь

Спустя несколько месяцев он случайно увидел у товарищей фотографию их одноклассницы. И пропал. Это сейчас можно познакомиться, отыскав профиль девушки ВКонтакте. А тогда как? Он уговорил ребят пригласить ее на Новый год, повел всех на каток, учил кататься. Но Валя его тогда даже не заметила. А он думал о ней постоянно… Второй раз они встретились уже под конец учебы.

Морской клуб, где Сергей был заводилой, решил 8 марта выехать на природу. Погружались под лед на Истре, сидели у костра. Валя упорно не обращала на него внимания. «Я ходил под звездами и страдал», — вспоминает он. А потом стена отчуждения вдруг рассыпалась, и они стали встречаться: «Сидели допоздна у нее в общежитии, а потом я шел 10 км к себе — транспорт уже не ходил». И все бы хорошо, но девушку по распределению отправляли на глухой полустанок в Читинской области. Они уже думали пожениться, однако родители Сергея стали его уговаривать: сначала закончи учебу. Валя узнала об этом, обиделась и уехала, не оставив даже адреса.

Жили «Сигналом» и на «Сигнале»

А тем временем уже и Сергей диплом получил. На комиссии по распределению средмашевский начальник сказал: «Выбирай!» И разложил заявки четырех новых приборостроительных заводов. Один из них — «Сигнал». И что делать? Ехать по распределению или за Валентиной? Он отправился в Сибирь. «Ты как здесь оказался и зачем?» — не смогла справиться с изумлением девушка. «Жениться на тебе приехал!» В Обнинск они прибыли уже семьей.

Пока суд да дело, Орлов пропустил все сроки, и в отделе кадров смотрели на него косо. Но что делать — молодые спецы нужны. Пожурили и собрались уже готовить приказ, как вдруг увидели, что он женат. А значит, вместо койки в общежитии нужна квартира. И отказали напрочь. Но Орлову упорства не занимать: не надо мне жилья, обещаю не просить. Нашел угол, устроился с молодой женой под лестницей в деревенском домике и приступил к работе.

«Шел 75-й год. Жизнь у нас на заводе бурлила, — вспоминает Сергей Александрович. — В некоторых цехах молодежи было под 70%, и энергия ее выплескивалась через край. Мы занимались спортом, общественной жизнью, ходили в походы. Буквально жили на «Сигнале» и «Сигналом».

Полвека на «Сигнале». Орлов прожил здесь и трудные времена, и самые счастливые

Под крылом Мальского

С легендарным первым директором Анатолием Яковлевичем Мальским Орлов встречался не часто. Но каждый раз поражался, насколько мгновенно тот схватывал суть, как четко формулировал задачи и каким даром предвидения обладал. Однажды его вызвали к директору на комиссию и предложили большую должность начальника бюро технического контроля. Огромный производственный цех, 800 человек работников. «Но я же в нашей группе сопровождаю прибор для министерства обороны, по которому дал задание сам Славский», — растерялся Орлов. «Об этом у тебя голова пусть не болит», — ответили ему. А вот непосредственный начальник страшно обиделся, что Сергей уходит, поставил даже вопрос об исключении его из кандидатов в члены партии. Понятно, никто с ним не согласился.

С тех самых пор и до сегодняшнего дня Орлов занимает ключевые позиции на заводе: начальник цеха, исполнительный директор, генеральный директор, председатель Совета директоров — все это страницы его биографии.

Черные страницы

Самым сложным временем, как он вспоминает сейчас, был конец 90-х. И до этого, на пике перестройки, было непросто. Начали таять оборонные заказы: тогдашнее руководство страны предлагало покупать танки и БТР у немцев, зачем нам свои? Понемногу скукоживались «атомные» заявки — АЭС перестали строить. Какое-то время продержались на производстве плат для телевизоров «Рубин», но вскоре им на смену пришла японская техника. Зарплаты не выплачивались по три месяца. Люди уходили. Цех на второй площадке сократился с 600 до 80 работников.

Но главная угроза возникла, когда на завод в роли основного держателя акций пришел «Металлоинвест». Первым делом увели социалку, а она у завода была богатой — санаторий-профилакторий, пионерский лагерь, дворец культуры, несколько детсадов. Взамен «Сигнал» не получил ничего. Потом подошел черед основных зданий, земли, оборудования.

Опять в лидерах

«Мы понимали, что надо срочно спасать завод. Поехали в минобороны, в управление РХБЗ. Нам нужен был государственный человек, и я был одним из инициаторов приглашения сюда Валентина Яковлевича Родионова, — вспоминает Орлов. — Он приехал, месяц изучал, что здесь и как. А потом было то самое памятное собрание акционеров в Доме ученых, где заводчане не дали «Металлоинвесту» сорвать голосование. Мы буквально заперли счетную комиссию, и она была вынуждена признать Родионова гендиректором. Это была наша победа!»

Ее значение Орлов понимает как никто другой. Сейчас на второй площадке «Сигнала» работает 700 человек — почти столько же, как в 70-е. Объем производства достиг 6,5 млрд. Под хорошие зарплаты на завод пошла молодежь: сейчас ее уже 23% от списочного состава, а в некоторых подразделениях доля молодых доходит до 65%. «Сигнал» открывает новые цеха и получает самые сложные и престижные заказы.

***
…За полвека на «Сигнале» Сергей Орлов пережил самые разные времена. Но никогда не думал оттуда уйти. Однолюб.