В Обнинске во дворе инклюзивной школы четверо ее учеников избили девочку-инвалида

Автор: 13 февраля 2020 1840
Зайцу лапу уже пришили, но боль осталась Зайцу лапу уже пришили, но боль осталась

Мама 15-летней Киры (имена изменены в интересах несовершеннолетней) перекладывает на диване бумаги. Вот рисунок, где дочь изобразила своих обидчиков. Вот результаты теста от психолога из центра «Доверие». А вот розовая курточка, которую порвали. На спине — грязный след от ботинка. Игрушечному же зайцу во время избиения мальчишки оторвали ухо. Его уже заштопали. «Все равно его не бросим, потому что он хороший».

Необычный ребенок, необычная школа

Кира — необычный ребенок, у нее инвалидность. По паспорту 15 лет, но по уровню развития она сильно отстает от своих ровесников, у нее аутизм. До сих пор осваивает программу начальных классов, учится индивидуально. Знания даются ей непросто.
Кира учится в 13-й школе. Во дворе школы №7 она оказалась случайно. Непростой, заметим, школы: она славится успешным внедрением инклюзивного образования. С 2012 года именно школа №7 стала базовой региональной площадкой в реализации помощи детям с ограниченными возможностями. В тот злополучный день мама Киры отправилась по делам в органы опеки, а это соседнее здание, забор в забор. Девочка же отпросилась поиграть в школьный двор.

Кира крутилась на тренажере, а рядом мальчишки перекидывались снежками. Стали играть вместе. Но что-то пошло не так: безобидная игра очень быстро переросла в избиение. Четверо мальчишек встали полукругом — девочку повалили на снег и начали методично бить ногами...

Мама показывает место, где произошло избиение

«Рядом оказалась девочка-подросток, она и заступилась за мою дочь, — вспоминает мама. — Мы не знаем, кто она, но знаем, что она тоже учится в 7-й школе, и хотим ей сказать огромное человеческое спасибо — только благодаря ей мальчишки отстали от дочери и сбежали».

Жестокие игры

Все происходящее попало на камеры видеонаблюдения школы №7. Мама побежала туда. А вот насчет того, что было дальше, — версии расходятся.

По словам мамы, из школы ее пытались выставить по просьбе директора. «Выслушать меня не захотели, даже не помогли вызвать скорую и полицию, — рассказывает Лада. — Дочь завели в кабинет к директору, меня туда не пустили. Позже директор сухо сообщила: якобы моя дочь была провокатором (!) избиения. Нас попросили покинуть здание школы.... Приехала скорая помощь, и она осматривала Киру на улице. Нам пришлось вернуться в здание органов опеки, там нас никто не выгонял, и там мне помогли вызвать полицию».

«Мы предложили маме и девочке успокоиться, я отвела девочку в свой кабинет, — возражает директор школы №7 Татьяна Бурмистрова. — Разговор проходил с глазу на глаз, но дверь была открыта. Карету скорой помощи мы пустили на территорию школы, даже специально открыли ворота. Всю необходимую помощь и содействие полиции мы оказали: передали видеозапись с камер. У меня есть масса свидетелей, которые могут подтвердить, что разговор и действия были корректными».

Мама Киры эти объяснения не принимает и добавляет: «С того дня прошло две недели, а из школы никто не позвонил и не справился о здоровье моей дочери!» И недоумевает: как директор школы могла выставить за порог избитого ребенка-инвалида, которого еще не осмотрел врач?

«Татьяна Бурмистрова — директор строгий, но она не из тех, кто может грубо разговаривать с детьми, — уверена начальник управления общего образования Татьяна Волнистова. — Тем более, что именно в этой школе учатся обнинские дети с особенностями развития — со слабым зрением, с аутизмом, с ДЦП, с синдромом Дауна. И мы очень хорошо знаем маму Ладу и ее дочь, мы помогали организовать ее индивидуальное обучение. На днях мы с ней встречались, и я заранее извинилась перед ней. Как бы то ни было, мы проводим собственную проверку, и если грубость руководителя школы в отношении ребенка-инвалида и ее мамы подтвердится — примем меры».

На нет и вреда нет

Единственное, в чем сходятся все стороны, — произошедшее избиение во дворе инклюзивной школы — настоящая дикость. А тот факт, что совершили его школьники, которые учатся бок о бок с несколькими десятками особенных детей, — дикость вдвойне.

«К сожалению, это были наши ученики, ребята 8-12 лет, — подтверждает Татьяна Бурмистрова. — По видео мы смогли их идентифицировать. Они взяты на особый контроль, с ними работает школьная комиссия. К двоим из них — братьям — уже ходили на дом представители школы, остальные семьи навестим на днях».

В ОВД по заявлению мамы Киры провели проверку. Но вынесли отказной материал: «В ходе конфликта вреда здоровью ребенка причинено не было». Но мальчишек поставили на учет.

Кира теперь все время рисует такие рисунки: она стоит одна, а вокруг — обидчики

Мама девочки-инвалида не согласна с таким решением: «То, что физически моя дочь не пострадала, еще не говорит о том, что вреда здоровью не нанесли. Она наблюдается у психиатра. Для нее такой стресс — как пусковой механизм. Сейчас она плохо спит, боится оставаться одна в комнате. Стала хуже учиться. Сейчас мне придется нанимать репетиторов и снова водить по врачам... Я не собираюсь отступать, я хочу защищать свою дочь дальше: обратилась к уполномоченному по правам ребенка Калужской области Ольге Коробовой, и нам организовали прием вне очереди».

Сотрудники органов опеки, которые стали невольными свидетелями истории, держат нейтралитет, но своего сочувствия к маме Киры не скрывают. «Обычно мы работаем с совсем другим контингентом, — говорит Татьяна Струкова, начальник отдела опеки и попечительства. — С пьющими, гулящими родителями, которые не занимаются своими детьми. И когда мы наблюдаем, как мама, воспитывающая непростого ребенка, видит в нем ангела и чудо, и готова за него на все, — мы преклоняемся.

Откуда возникает детская жестокость? Все идет из семьи. Дети вырастают такими, какими они видят своих родителей. И если в семье царит жестокость, если ребенок недолюблен — он все это вынесет на улицу и выплеснет на свое окружение, на других людей, на слабых...».

© 2018 Портал НГ-РЕГИОН Все права защищены