Сегодня, спустя семь десятилетий, изменилось многое. Но осталось главное. Молодые ученые ФЭИ так же, как в те времена, обгоняют мир в научном поиске. Все они разные, но все уверены: «Быть ученым – это круто».
Человек года
Кристина Легких
Кристина Легких не похожа на «ученого-сухаря» — очень миловидная и общительная женщина. Помимо всего прочего поет в родительском хоре «Алые паруса» — там занимается ее старший сын. Пишет книги в жанре славянского фэнтези — на электронных платформах вышли уже три тома. Но главное — она начальник лаборатории ФЭИ и достигла серьезных научных результатов.
Ее диссертация называется очень сложно для неспециалиста, а суть такова: перед тем, как вывести из эксплуатации ядерный объект, нужно переработать накопленные радиоактивные отходы. Но одна история, если речь идет, например, о конструкциях или оборудовании. И совсем другое, если надо «обезвредить» натриевый теплоноситель. Он не только радиоактивен, но и пожароопасен. Как раз эту задачу и решает в своей работе Кристина Легких.
«В ФЭИ разработали особую технологию, у которой нет аналогов. Если объяснять на пальцах, берут шлак и натрий. По отдельности нагревают, потом смешивают. На выходе получается твердый минерал. Он не растворяется в воде, не деформируется и не «выпускает» радиоактивность. Главное преимущество — безопасность», — рассказывает Кристина Геннадьевна.
А еще команда под ее началом создала опытно-промышленную установку и разработала технологические решения, которые позволяют резко сократить затраты на переработку жидких радиоактивных отходов, содержащих трансурановые элементы.
За эти достижения Кристина Легких номинирована на престижный городской конкурс общественного признания «Человек года» в номинации «Наука» и стала его победителем!
Атомная династия
Александр Жуков
А два года назад победителем этого конкурса в той же номинации стал начальник комплекса БФС Александр Жуков. Вместе с командой он доказал безопасность работы самого мощного быстрого реактора с замкнутым ядерным циклом. Его не просто в кратчайшие сроки смогли смоделировать на стенде, причем в натуральную величину, но и экспериментально подтвердили расчетные данные.
«Комплекс БФС — ключевой участок для нашего института, — говорит Жуков — Мы сочетаем в себе и расчетные, и экспериментальные возможности, а одно без другого существовать не может. По своим возможностям БФС совершенно уникальная площадка, единственная подобная стендовая база в мире».
Сам Жуков очень гордится, что работает в ФЭИ. В институте в свое время трудилась его бабушка Вера Ивановна Матвеенко — она как раз ведала расчетным сопровождением экспериментальных работ на критическом стенде МАТР‑2 для атомных станций малой мощности, в том числе плавучих АЭС.
Дедушка, Игорь Павлович Матвеенко, в ФЭИ начинал работать над прямым преобразованием энергии в космических аппаратах. Затем перешел на БФС.
Вот в такой научной среде рос Саша. А с ФЭИ и его сотрудниками он познакомился еще мальчишкой, причем в совершенно неформальной обстановке. «Мне было 9 лет, когда дед впервые взял меня с собой в поход на байдарках в Карелию. Капитаном команды был легендарный Лев Алексеевич Кочетков. Сплавлялись с нами и другие большие ученые. Все эти люди — с хорошим чувством юмора, они знали массу историй, которые очень вкусно рассказывали», — вспоминает Жуков.
А сегодня сам он тоже «вкусно рассказывает» о БФС, но уже российским и иностранным студентам, которые учатся в Обнинске: на базе стендов работает образовательный центр — одно из звеньев Международного центра ядерных и смежных технологий «Обнинск-Тех».
Из Улан-Удэ в Обнинск
Вадим Попов
Вадим Попов, главный инженер комплекса БФС, увлеченно рассказывает, в чем уникальность комплекса. Сначала создается расчетная модель перспективного реактора, согласовывается, но без экспериментального обоснования безопасности никто разрешения на эксплуатацию реактора не выдаст.
«А такое обоснование как раз можно получить на комплексе БФС. Мы собираем из специальных блоков активную зону моделируемого реактора любой геометрии, изотопного состава. Это похоже на работу с конструктором «Лего». А потом выполняем заданную программу эксперимента», — рассказывает Попов.
В ФЭИ он пришел после окончания ИАТЭ. Сам он родом из Улан-Удэ. Но однажды приехал в Обнинск, на нашу конференцию «Юность. Наука. Культура». У золотого медалиста Попова на выбор было много вузов — и Томский госуниверситет, и Красноярский аэрокосмический институт, а еще — ИАТЭ. Московские вузы не рассматривал по банальной причине — потянуть финансово столичную жизнь сложно. Решил ехать в Обнинск.
«Ни разу не пожалел о своем выборе. Обнинск с самого начала поразил меня тем, какой он зеленый, — вспоминает Попов. — А в Улан-Удэ даже газоны — редкость, кругом — песок. Хотя что это я? Главное тут — особая атмосфера научной интеллигенции. Этот воздух буквально пропитал меня».
Вадим Попов влюблен в свою работу: «У нас нет места рутине. Да, мы работаем строго в рамках нормативной базы. И периодически нужно проделать много работы в соответствии с требованиями нормативных документов, чтобы выполнить заданную программу экспериментов».
«В науке нельзя достигнуть потолка»
Дарья Панова
— уверена Дарья Панова, младший научный сотрудник ФЭИ. В Обнинск она приехала из Нововоронежа — там ее бабушка и мама работают на местной АЭС. Для золотой медалистки Дарьи были распахнуты разные двери. «Но у нас в городе были так называемые «обнинские классы» — там выпускников готовили для поступления в ИАТЭ. Так я и оказалась в наукограде», — рассказывает Даша.
Правда, поначалу ей пришлось непросто. Многие в лицо говорили, что ядерная физика девушкам не нужна. Лучше освоить варку борща, а лезть в атомную отрасль ни к чему. Борщи Дарья не варит до сих пор. А вот атомной наукой занимается вполне успешно.
Она работает на стыке ядерных и IT-технологий. Нейтронно-физические расчеты требуют большого объема данных, и Панова как раз и занимается базами реакторных констант.
«Сегодня происходит переход на замкнутый ядерно-топливный цикл, — приводит она пример своей работы. — Это стратегическое направление развития атомной отрасли. Но такой переход потребовал существенного усовершенствования расчетных кодов. Это не случайно. Специфика атомного мира предъявляет самые повышенные требования к детализации нейтронно-физических расчетов. Мы должны были свести критические данные. То есть добиться корректного описания характеристик реакторов БН‑600 и БН‑800 (Белоярская АЭС) в едином методическом и константном подходе, который применяется как для классического топлива, так и для МОКС».
«Я очень увлекающийся человек, — признается Дарья. — Именно поэтому наука — это мое. Ты всегда в поиске. Здесь нельзя достигнуть потолка. Всегда есть путь к совершенству. Это вдохновляет».
«Ученый — особый статус»
Георгий Егоров
Работа другого молодого инженера-исследователя лаборатории константного обеспечения и радиационной безопасности Георгия Егорова схожа с тем, чем занимается Дарья Панова.
«У каждой ядерной державы есть своя библиотека файлов оценённых данных — багаж накопленного опыта, — поясняет Георгий. — Ядерные данные — это как раз результат экспериментов. И в этом ключе стенд БФС — настоящий кладезь данных. В прошлом году была выпущена и зарегистрирована обновлённая версия Российской библиотеки файлов оценённых данных — Росфонд‑2.24. Я совместно с Дарьей принимал активное участие в её формировании».
Вторая задача Георгия — оценка точности ядерных расчётов. «Мы анализируем, как погрешности в исходных ядерных данных влияют на конечный результат — например, на коэффициент размножения нейтронов, — рассказывает он. — Оказалось, что максимальная неопределённость возникает не в самых очевидных случаях, поэтому оценка точности расчётов важна, в частности, для обоснования безопасности. С помощью специального программного комплекса и данных экспериментов на критических стендах, таких, как БФС, мы научились не только точно оценивать эту погрешность, но и снижать её до уровня, который требуется для разработки новых нормативных документов».
«Иногда думаю: я ведь мог устроиться, например, в большую компанию по IT-направлению — эти специалисты очень востребованы. Но в науке чувствуешь сильную причастность к очень большому делу. Ядерная энергетика — будущее нашей планеты. Так что мотивация для научного поиска колоссальная. Ученый — это особый статус».
Светлана ВЕПРИКОВА
