Ошибка или верная ставка?
Корр. Прежде всего задам банальный вопрос. Агентство инновационного развития долгие годы работало в русле общей стратегии региона, а она была во многом заточена под привлечение иностранных инвестиций. Сегодня, в условиях изменившейся геополитики, те решения не кажутся ошибочными?
Гранков. Нет. Два десятилетия экономика области развивалась за счет иностранных инвестиций. Нам были нужны крупные промышленные площадки, производственные цепочки в форматах кластеров. Все это создано. А главное в том, что экономические успехи питают социальные блага: у нас строятся школы и детсады, ремонтируются дороги, создаются парки и общественные пространства.
Я много езжу по стране, знакомлюсь с регионами и убежден: мы лучше других, и жизнь у нас лучше.
Корр. Все же это ваша субъективная оценка.
Гранков. Есть и объективные. Знаю, многим не нравятся рейтинги, но если мы практически по всем спискам входим в число 15 лучших регионов, это говорит о многом. А в ключевом для страны рейтинге Агентства стратегических инициатив Калужская область занимает вообще пятую позицию среди субъектов РФ.
Корр. И каков тут вклад Агентства инновационного развития — так, чтоб коротко и в цифрах?
Гранков. Ну, если говорить о деньгах, то в 2024 году мы привлекли на развитие производств 390 млн. В 2025 году сумма будет существенно выше. Например, Центр поддержки инжиниринга и инноваций уже поддержал заявку Калужского завода автомобильного электрооборудования на 250 млн. Сейчас формируем заявку на НИОКР для Калужского завода атомного энергетического машиностроения (КЗАЭМ) на 600 млн. Это все невозвратные, грантовые средства.
Росатом не равно Обнинск
Корр. Откуда такой рост?
Гранков. Сегодня главный акцент делается на те предприятия, которые уже выполняют крупные заказы для государства. Предвосхищая вопрос, скажу, что это не обязательно оборонный сектор. Поставлена задача не просто заполнить те ниши, которые образовались либо после развала Советского Союза, либо после разрушения цепочек поставок из-за действий недружественных стран. Мы должны вывести свои промышленные отрасли на лидерские позиции.
Вот характерный пример. Тот же завод КЗАЭМ делает лопатки для турбин. Прежде их на наши атомные станции на 100% поставлял харьковский завод. Теперь, по понятным причинам, надо эти поставки замещать. КЗАЭМ локализовал производство лопаток у себя, а для Росатома это ключевой вопрос. Так что сегодня в Калужской области Росатом — это не только Обнинск.
Корр. Кому-то такой расклад может показаться обидным. Ведь у нас в Обнинске все — и ФЭИ, и НИФХИ, и ВНИИРАЭ, и Обнинск-Тех, в конце концов…
Гранков. Ничего никуда не пропадет! Сейчас на базе КЗАЭМ создается промышленный кластер атомного энергетического машиностроения: уже подготовлен пакет документов Минпромторгу для включения его в реестр промышленных кластеров. И, конечно, следующим этапом будет вовлечение в него Обнинска — без нашего города, его кадров и его компетенций не обойтись. Новый кластер вольется в систему Обнинск-Теха.
Почетная грамота Минпромторга Павлу Гранкову — своего рода барометр: инновационная работа в регионе заслуживает похвалы
Наследники Сотникова
Корр. Хотелось бы задать вопрос, который для вас будет и личным, и профессиональным одновременно. Позавчера был 71 год со дня рождения Анатолия Сотникова, идеолога инновационного развития Обнинска. Он руководил АИРКО более десяти лет, готовил вас как своего преемника. Как бы вы отчитались перед ним за свою работу?
Гранков. Для меня Анатолий Александрович — и учитель, и непревзойденный авторитет, и человек, на которого я равняюсь каждый день. Для него было важно, чтобы Обнинск развивался как город-университет, город инноваций и комфортной среды. Считаю, что для этого калужская управленческая команда сделала многое. Обнинск развивается как столица мирового атомного образования, Обнинск-Тех затягивает в свою воронку высокотехнологичные производства.
Мы продолжаем работать в русле кластерной экономики и достигли результата не только в области промышленных, но и в сфере инновационных кластеров. Самый яркий пример — фармкластер. За пять лет объем производимой на его предприятиях продукции удвоился и оценивается в 80 млрд. Выпускается порядка 150 наименований лекарственных препаратов. Причем, несмотря на все политическое давление, западные инвесторы не только не ушли, но и продолжают расширять у нас производство, открывать новые линии — и датский «Ново-Нордиск», и британо-швейцарская «Астра-Зенека», и итальянский «Берлин-Хеми»… Исключением можно считать разве что «Штаду», которая передала свое производство «Нижфарме», и оно также продолжает работать. Более того, в Калужской области всего две особых экономических зоны, а сейчас создается третья — исключительно под фарму.
Далее. Сейчас мы начали работать над новым проектом технологического лидерства — межрегиональным кластером космического мониторинга. Туда входит семь регионов — от Москвы и Питера до Крыма. Одно из базовых предприятий — «Геоскан». И, конечно, мы хотим завести туда и обнинскую «Технологию», и калужский филиал НПО им. Лавочкина. Возможно, наше Агентство станет там специальной управляющей организацией — так же, как в кластере атомного машиностроения.
Корр. А про «малышей» не забудете? Я имею в виду те небольшие инновационные компании, которые традиционно находились под патронажем Агентства.
Гранков. Мы продолжаем заниматься ими самым активным образом. Добились, чтобы обнинский Технопарк был передан под управление АИРКО, это было сложной задачей. Привлекаем субсидии для инноваторов. Вовлекаем их в реестр малых технологических компаний, это дает существенные налоговые льготы. К слову, из 34 компаний реестра 21 — из Обнинска. Это говорит только об одном: Обнинск продолжает оставаться инновационным центром. Таким, каким его видел Сотников.
