Интересный факт — Обнинск обязан своим появлением международному научному сотрудничеству. У истоков города стоит лаборатория «В», созданная в 1946 году, куда в добровольно­принудительном порядке привезли около полусотни немецких специалистов в ядерной сфере. С тех пор международное сотрудничество практически никогда не прекращалось (кроме периода 1949­1956 гг.) Каждый обнинский институт имеет научные контакты с иностранными коллегами.

Санкции

Это болезненная тема, на которую представители обнинских НИИ особо не распространялись. Однако не так страшен черт, как его принято изображать. Понятно, что санкции не распространяются на научное сотрудничество в мирных сферах, которое никак не может угрожать национальной безо­пасности нашей страны и государств­партнеров. Конечно, у обнинских институтов есть заказы министерства обороны. У одних побольше, у других — поменьше. Так что напрямую страдают от введенных западных санкций немногие.

Но есть опосредованное давление. «Чувствуется напряженность в отношениях, — говорит первый заместитель генерального директора НПО «Тайфун» по научной работе Владимир Иванов. — Мы понимаем, что нашим коллегам из США и Западной Европы не рекомендуют с нами общаться. Это видно даже по объемам сократившейся переписки между нами и западными метеорологическими центрами».

Однако же, когда зарубежным коллегам очень нужна помощь обнинских ученых, то о политике не говорят, а сотрудничают с большим удовольствием.

Обнинские уникальные установки

Возьмем, к примеру, Быстрый физический стенд в ФЭИ — подобной установки в мире больше нигде нет, и только здесь можно смоделировать активную зону реактора на быстрых нейтронах и провести соответствующие физические эксперименты. Сейчас несколько стран (в том числе Франция и Южная Корея) собираются построить у себя подобные опытно­промышленные реакторы мощностью от 300 до 500 МВт. Сделать это без обнинских экспериментов невозможно. Поэтому, как говорят в ФЭИ, план работы Быстрого физического стенда расписан на три года вперед.

Похожая ситуация и с уникальными научными установками НПО «Тайфун». Например, в Латвии захотели использовать ветрогенераторы, а где взять достоверную информацию о движении атмосферных масс? «Благодаря многолетним данным, полученным с помощью высотной мачты и станций Росгидромета, мы можем оценить ветровой потенциал любого региона», — говорит Владимир Иванов. По этой причине латвийские специалисты обратились за помощью к обнинским коллегам.

Что имеем, тем торгуем

«Мы отправили тестовую партию ксенона­133 в США. Качество радионуклида наших партнеров вполне удовлетворило, — говорит директор по развитию и производству НИФХИ Валерий Степанов. — Теперь мы приступаем к созданию производственного участка для наработки ксенона­133 для поставок его в Америку в больших объемах». Применяют этот изотоп в США для диагностики онкологических заболеваний — вполне мирное сотрудничество, санкции в этой сфере не применяются.

США — не первая страна, куда поставляются радиоизотопы, произведенные на реакторе НИФХИ. Начиная с 2011 года, обнинские радиофармпрепараты покупают Бразилия, Иран, Южная Корея, Малайзия, Казахстан, Армения и Таджикистан.

В НПО «Тайфун» идут дальше. Его специалисты собираются «продать» не товар, а целую науку — экспериментальную метеорологию. «Покупатели» нашлись в Южной Корее, где такой науки просто нет. Проблема в том, что Корее через два года принимать зимнюю Олимпиаду, а уверенности в том, что снега будет достаточно, нет. Поэтому сейчас идут интенсивные переговоры не только о покупке технологий, вызывающих снежные осадки, но и о том, чтобы обнинские ученые помогли создать в Корее экспериментальное направление в метеорологии.

Сделайте нам красиво

Ученые Обнинска сотрудничают и с коллегами из развивающихся стран, которым нужна серьезная научная помощь. Вот, к примеру, Боливия — страна в центре Латинской Америки, строящая социализм. В ней 70% народа живет за чертой бедности, и за последние два века там произошло более сотни военных переворотов. Боливия решила обзавестись собственным Центром ядерных исследований и готова заплатить за это $ 300 млн.

Построить Центр на высоте более 4 км над уровнем моря взялся Росатом. Планируется, что Центр будет состоять из исследовательского реактора и нескольких лабораторий. В одной из них собираются облучать семена и продукты. «Наш институт участвует в разработке лаборатории радиационных технологий в сельском хозяйстве, включающей гамма­установку, для изучения и улучшения свойств сельскохозяйственной продукции, — говорит заместитель директора по науке ВНИИРАЭ Алексей Панов. — Мы уже подготовили техническое задание для этой лаборатории».

Понятно, что готовить специалистов боливийского ядерного центра тоже будут в Обнинске. К этому готовятся ИАТЭ и ЦИПК.

Работаем вместе

Если для Боливии наши ученые создают «науку» с нуля, то с развитыми странами мы работаем над многими проблемами совместно. Один из примеров — в ОНПП «Технология» в кооперации с европейскими компаниями (Франция, Люксембург) создают детали двигателей для гражданской авиации.

Очень интересный проект осуществляет НПО «Тайфун» вместе с норвежскими учеными. Те очень обеспокоены состоянием Баренцева моря — в нем захоронено немало радиоактивных источников. И совместно с обнинскими специалистами уже много лет ведется радиационный мониторинг акватории, чтобы вовремя среагировать на потенциальную беду.

Еще один обнинский «погодный» институт — ВНИИГМИ­МЦД — постоянно участвует в подготовке международных аналитических отчетов о состоянии современного климата и в других международных проектах.

Другая общая для всей планеты проблема — землетрясения, цунами и минимизация их последствий. Спрятавшаяся в лесу Геофизическая служба РАН активно сотрудничает с зарубежными коллегами — подписаны соглашения и меморандумы о совместных работах с коллегами из США, Германии, Норвегии, Южной Кореи, Японии.